15 апреля (2 апреля по ст. ст.) 1889 года родился священномученик Онуфрий (Гагалюк), почитаемый ныне в Соборе Курских святых. Произошло это в Ополе Люблинской губернии (ныне территория Польши) в семье лесника. Отец погиб, когда ребенку было 5 лет, а мать Екатерина - впоследствии монахиня Наталия сопутствовала сыну многие годы, в том числе в период его служения на курской земле.
В Центральную Россию он был переведен конце 1929 года после нескольких арестов и ссылок. Первым местом его служения здесь стал город Старый Оскол, митрополит Сергий учредил там новую епархию и назначил владыку епископом Старооскольским. Служить здесь владыке Онуфрию было непросто - власти разрешили ему совершать богослужения только в одном храме Старого Оскола - Богоявленском соборе и запретили выезжать в районы епархии. Его трижды выселяли из квартиры. Однако паства очень любила своего епископа за благочестие, молитвенно-истовое служение. Доносы и гонения продолжались и в Старом Осколе – ревностный пастырь мешал властям строить атеистическое государство… В марте 1933 года его вновь арестовали и три месяца продержали в воронежской тюрьме.
После освобождения, 11 августа 1933 года, он становится епископом Белгородским, управляющим Курской епархией, а спустя три месяца -епископом Курским. С 30 января 1934 года он архиепископ Курский и Обоянский, но и вКурске ему было разрешено служить только в одном храме.
Он прослужил на курской земле чуть более двух лет. В июле 1935 года его арестовали по обвинению в создании контрреволюционной организации. Обвинения, которые нам сегодня кажутся смешными - слишком много проповедовал (в том числе критиковал теорию Дарвина), оказывал материальную помощь освободившимся из заключения священнослужителям, благословлял совершение монашеских постригов – позволили властям отправить его в лагеря на 10 лет. Началось восхождение владыки Онуфрия на собственную Голгофу – через 3 года, 27 февраля 1938 года, против него было возбуждено новое уголовное дело, а 1 июня 1938 года он был расстрелян.
«Ты, дорогой друг, с тревогой спрашиваешь меня: что будет с нашей Церковью православной лет через тридцать? – писал архиепископ в одном из писем. – Может пролиться кровь верующих, пусть она будет семенем, как в первые века христианства, семенем, из которого вырастет еще крепкая дружина христианская. Для Церкви Христовой не новость гонения и кровь. Всё это было. И всё это вело не к уничтожению Церкви православной, а к ее прославлению и распространению».
Мученическая кончина владыки Онуфрия дала православному миру еще одного святого, который молится за всех нас.
Тропарь , глас 2Я́ко сосу́д свяще́нный Ду́ха Боже́ственнаго/ сто́лп и свети́льник Це́ркве Правосла́вныя вои́стину яви́лся еси́, священному́чениче Ону́фрие,/ егда́ вся́ спи́ра богобо́рцев земли́ на́шея,/ зло́бою а́да ды́шуща,/ разори́ти Це́рковь Бо́жию устреми́шася./ Ты́ же со мно́жеством испове́дников Христо́вых/ зе́млю сиби́рскую костьми́ свои́ми устилаху, де́монскую де́рзость гони́телей беззако́нных посрами́л еси́./ Ны́не, о Всеблаже́нне, со все́ми страстоте́рпцы Свято́й Руси́,/ в Це́ркве Небе́сней торжеству́юще, Моли́ Взе́млющаго грехи́ ми́ра// спасти́ся душа́м на́шим.
Кондак , глас 8Святи́тельскою благода́тию све́тло облече́н,/ я́ко Исаа́к целому́дренный,/ священноде́йствовати свое́ю кро́вию Пастыренача́льнику Христу́ сла́вно предте́кл еси́,/ Ону́фрие богому́дре,/ Це́рковь Святу́ю, зло́бою ересе́й и раско́лов злочести́вых снеда́емую,/ и богобо́рцами разоря́ему, я́ко Неве́сту Христо́ву, страда́ньми до́блестне защища́я,/ пу́ть ве́рным к Боже́ственному богому́дрию уче́ньми твои́ми облиста́л еси́,// я́ко стра́ж недремлющий и ве́рный дру́г Христо́в.
