«Вы предлагаете мне побег, – рассердился владыка, – и это в то самое время, когда у нас на глазах расстреливают невинных наших братьев. Нет, я никуда не уеду от своей паствы; на моей груди крест Спасителя, и он будет укором в моем малодушии. Хочу спросить и вас: почему вы не бежите? Значит, вы дорожите своей честью больше, чем я должен дорожить своим апостольским саном? Знайте, я совершенно чист и ни в чем не виновен перед своей Родиной и народом.»
Сегодня 6 июля Русская Церковь чтит память священномученика Митрофана (Краснопольского).
Будущий святитель родился 22 октября 1869 года в слободе Алексеевка Бирюченского уезда Воронежской губернии в семье крестьянина Ивана Краснопольского и дочери псаломщика Анастасии Семеновны, в крещении наречен был Димитрием.
Пройдя все ступени образования: сельскую начальную школу, духовное училище и семинарию, Дмитрий вступает в брак и рукополагается во диакона. Вскоре овдовев, и поручив ребенка-младенца на воспитание матери своей почившей супруги, он поступает в Киевскую Духовную академию. 11 августа 1896 года он был пострижен в монашество с именем Митрофан, а 15 июня 1897 года ректор академии, епископ Каневский Сильвестр (Малеванский), в церкви Киево-Братского монастыря рукоположил его во иеромонаха. В том же году иеромонах Митрофан окончил академию со степенью кандидата богословия.
1 июля 1916 года Святейший Синод назначил Преосвященного Митрофана епископом Астраханским и Енотаевским.
Прибыв в Астрахань, владыка Митрофан начал знакомиться с приходами епархии и в первую очередь с миссионерской деятельностью, поскольку на территории губернии жили тысячи калмыков-идолопоклонников и киргизов-магометан. Особое внимание он оказывал учебным заведениям. В одно из посещений городского реального училища владыка сказал ученикам: «Современное образование, несмотря на плоды, которые оно приносит учащимся в жизни, не может одно сделать нас истинным человеком, – необходимо воспитание религиозное и нравственное, средством к чему являются уроки Закона Божия».
10 января 1917 года состоялось открытие миссионерских курсов в селе Пришибе Царевского уезда, целью которых было дать каждому православному представление о вероучении, чтобы «православные не оставались безответными перед сектантами, как это часто приходится наблюдать вследствие безразличного и подчас холодного отношения к сознательному научению истинам Православной Церкви».
Монархист по убеждению, епископ Митрофан переживал события 1917 года смятенно и тяжело. 11 октября 1917 года он выступил в пользу восстановления в Русской Церкви патриаршества. На заседании Собора владыка Митрофан говорил о роли Патриарха в жизни Церкви и государства: «…Патриархи сохраняли дух православия и жизнь Церкви; они являлись жизненными центрами, вокруг которых совершалось движение церковной жизни. Патриархи вообще в Церкви имели такое значение, что самую церковную историю пишут по Патриархам. То же значение Патриархов мы наблюдаем и в Русской Церкви... Нам действительно нужен молитвенник и подвижник, несущий крест страданий за Русскую землю, сильный сказать живое слово, явиться живым олицетворением красоты церковной.»
5 ноября, в день избрания Патриарха, епископу Митрофану поручено было сказать слово в Храме Христа Спасителя. «Никогда, даже в самые страшные моменты своего существования Русь не переживала таких ужасов, какие переживаем мы, – сказал он. – Нельзя словами изобразить всего горя, страдания и позора нашей Родины... Остановилось всякое производство, остановилась торговля, молчат суды, и едва влачит свое существование просвещение народа. Так неужели же наступил паралич всего нашего отечественного организма, еще недавно такого сильного и могучего? Нет, этого не может и не должно быть! Жизненные силы России, духовные и физические, неиссякаемы: нужно их разбудить и привести в движение.
Известно, что делает врач, когда вдруг неожиданно останавливается работа организма, он прежде всего старается нащупать сердце и его привести в движение, а тогда заработает и весь организм. Сердце русского народа составляет его вера, святое его упование. Жива вера – жив и русский народ, крепко его упование – крепка и несокрушима тогда и Русь. Итак, спросим себя: жива ли у нас теперь вера, крепко ли мы стоим в своем святом уповании или они ослабели, угасли в нас? Тогда понятно, почему и вся жизнь наша начинает замирать! Всякий, кто не потерял духовного чутья и правильного смысла понимания совершающихся событий, должен признать, что с нами случилось именно это духовное обнищание. Мы стали холодны, равнодушны к своей вере, и она уже не воодушевляет нас к тем подвигам, какие по ее внушению совершали наши предки. И вот, с охлаждением в сердцах наших веры помутился наш разум, иссякла любовь, отошла от нас правда… чего же мы ждем от нашего грядущего Патриарха, чем он должен явиться на Руси? По обстоятельствам переживаемого времени он прежде всего должен собрать воедино все живые верующие силы народа и вдохновить их на подвиг служения тем вековечным заветам, на каких строилась и жила Россия. Среди общего распада и разрухи он должен идти впереди своего стада, воодушевляя его своим примером. О, сколько потребно ему мужества, самоотвержения и любви, чтобы выполнить тот подвиг, на какой зовет его страждущая наша Родина! И, взирая на величие его подвига, невольно сомнение закрадывается в душу: да можно ли одному человеку все сие совершить, по силам ли кому-либо такое тяжкое бремя служения? Говоря по-человечески, трудно и почти невозможно выполнить все это одному человеку, но невозможное от человека, возможно от Бога...»
1918 год начался в Астрахани гражданской войной. Власть в городе захватили большевики, которые обосновались в Астраханском кремле, где располагались кафедральный собор, духовная консистория и покои епископа Митрофана.
Обращаясь к представителям приходских советов, епископ Митрофан напомнил: «Вражда и ненависть к Церкви Христовой и к ее великому служению не новы. Уже целые века идет пропаганда антихристианского и антицерковного учения... в последнее время [пропаганда] приняла характер открытого гонения... Невзгоды и страдания заставят нас встрепенуться, вдуматься и вглядеться в себя и в окружающую жизнь, надлежащим образом оценить сокровище православной веры и, объединившись, горячо встать на защиту родной святыни...».
12 (25) апреля 1918 года Святейший Патриарх Тихон и Священный Синод приняли постановление о награждении епископа Митрофана саном архиепископа.
Тем временем в советской прессе началась кампания против него и Патриарха. В Астраханском кремле разместились штаб армии и революционный совет фронта, под который был реквизирован архиерейский дом, и архиепископ оказался в нем заблокированным. Владыка Митрофан был вынужден покинуть покои и поселится в доме духовника Благовещенского монастыря.
7 июня 1919 года, в канун праздника Святой Троицы, владыка Митрофан служил всенощную в Троицкой церкви, после в первом часу ночи вооруженные красноармейцы арестовали его. Владыка сидел в это время в кабинете настоятеля и делал наброски к проповеди. Сохраняя полное спокойствие, архиепископ надел рясу, скуфью, благословил всех растерянно столпившихся у двери людей и последовал вслед за красноармейцами.
Верующие стали настойчиво искать пути и способы освободить владыку, но на все свои ходатайства получали отказ. В три часа утра 6 июля 1919 года архиепископ Митрофан был мученически убит в застенках ЧК.
В декабре 2001 года архиепископ Астраханский Митрофан был причислен к лику новомучеников и исповедников Российских. 14 апреля 2002 года в Астраханском Покровском кафедральном соборе, по благословению архиепископа Астраханского Ионы, состоялось торжественное прославление нового угодника Божия.
Игумен Дамаскин (Орловский)
«Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века. Июнь».
Тверь. 2008. С. 423-462
